Виноделие Чили

ЧилиЧили — страна контрастов: из-за протяженности территории и разнообразия ландшафта (80% площади страны приходится на горы) здесь присутствует невероятно большое количество различных климатических зон.

Например, если в Атакаме дожди могут не идти столетиями, то на юге, вблизи Антарктики, уровень осадков может составить и 7000 мм в год. Здесь есть не только пустынные зоны, но и тропики, и субтропики, и, например, участки тундры, не говоря уже об альпийских лугах. Однако в целом климат Чили (а, точнее, ее «винопроизводящей» части, так как виноградники здесь далеко не повсюду) носит «средиземноморский» характер. Его иногда описывают как нечто среднее «между Бордо и Калифорнией». Среднегодовая температура воздуха в стране составляет 15 — 18 °С. Лето тут не очень жаркое, а зима довольно мягкая.

Основные винодельческие регионы Чили расположены в так называемой Центральной долине. И здесь сказывается влияние сразу нескольких факторов. Слева, вдоль берега Тихого океана, тянутся Береговые горы — не слишком высокие, но, тем не менее, они несколько сдерживают потоки холодного воздуха, образующегося вблизи Тихого океана из-за влияния ледяного антарктического течения Гумбольдта. Благодаря постоянному смешиванию воздушных потоков (теплых внутри самой долины и холодных, приходящих с побережья), здесь образуются туманы.

Справа долина ограничена гигантским заснеженным хребтом Анд. В ночное время холодный воздух с этих гор спускается в жаркую долину. В результате разница между дневной и ночной температурой в Центральной долине очень значительна; это способствует увеличению срока вегетации лозы. Виноград зреет гораздо медленнее, чем можно было бы представить, и способен накопить почти рекордное количество ароматических веществ.

Чили — одна из старейших винодельческих стран Нового Света. Неизвестно, когда именно испанские колонизаторы привезли сюда виноградные лозы, однако доказано, что в 1551 году здесь собирали урожай (существует, кстати, версия, что и до появления конкистадоров в Чили произрастал виноград, но вина из него никогда не делали). Доставлять в Чили вина из Испании было дело крайне хлопотным и рискованным — они почти никогда не переживали столь длительного путешествия через экватор.

Тем не менее, конкистадоры испытывали потребность в вине — как минимум, для религиозных целей (но, конечно, не только для этого). В середине XV века в Чили возникают виноградники; одним из первых, кто начал возделывать лозу, был дон Франсиско де Агирре, и именно он и собрал в 1551 году первый урожай чилийского винограда. Но он не был единственным — история сохранила имена других пионеров виноделия — дона Родриго де Арайа, Хуана Жуфре и других, и сегодня сложно сказать, кто именно из них сыграл важнейшую роль в становлении отрасли.

Однако уже в 1555 году в Сантьяго был издан первый документ, касавшийся чилийского виноделия. Развитие производства пошло невероятно быстрыми темпами, что, в общем-то, неудивительно в силу невозможности конкуренции местных вин с европейскими и благоприятными условиями для виноградарства.

В какой-то момент дело зашло так далеко, что в Испании стали издавать указы, ограничивающие производство вин в Чили, запрещающие их вывоз за пределы страны (причем кары назначались суровые — вплоть до смертной казни), предписания выкорчевывать виноградники, и так далее.

Однако Испания была слишком далеко. Чилийцы отнюдь не спешили следовать всем этим предписаниям и спокойно продолжали заниматься виноделием, равно как и экспортом своих вин в соседние страны. Известно, что знаменитый пират Френсис Дрейк как-то захватил корабль с чилийским вином, направлявшийся в Перу.

Считается, что с технологической точки зрения виноделие в Чили значительно отставало от других стран. Основным сортом винограда здесь был Паис, то же самое, что аргентинская Криолла или калифорнийский Миссион. Этот красный виноград способен производить лишь довольно-таки банальные, если не сказать грубые, вина, не обладающие ни красивым цветом, ни хорошей ароматикой, ни сбалансированным вкусом. К тому же чилийцы долгое время не использовали бочек, применяя для хранения и перевозки вин меха из шкур животных и глиняные кувшины, которые для пущей водонепроницаемости обрабатывали смолой.

Очень забавно об этом высказался Хью Джонсон в своей «Истории вина»: «Дед поэта Байрона, адмирал Байрон по прозвищу „Джек Бурь“, переживший кораблекрушение на мысе Горн и пересекший полстраны, прежде чем добраться до Сантьяго, оставил восторженный отзыв о чилийском мускате, который „совершенно так же хорош, как мадера“. Как и следовало у Андре Жюльена о чилийских винах мнение, мягко говоря, противоположное, если не сказать больше. „У них цвет, — пишет он, — отвара ревеня и сенны, а вкус, происходящий от осмоленных козьих шкур, в которых их перевозят, вполне близок к вкусу этих самых предметов.“ Рискну предположить, что кораблекрушение влияет на способность критически мыслить, когда речь заходит о вине».

Долгое время в Чили производились преимущественно невнятные вина — из Паис и из Муската (десертные). Но в начале XIX века Чили получает независимость от Испании; в кругу местной знати становится модным во всем ориентироваться на Францию. Богатые чилийцы хотели пить Бордо, но доставлять его сюда оставалось крайне проблематичным. И тогда, в 1851 году, дон Сильвестре Очагавиа Эчазаррета привозит в Чили саженцы французского винограда — Каберне Совиньон, Мерло, Каберне Фран, Мальбек, Совиньон Блан и Семильон. А также французского энолога. Он начинает производить вина в бордосском стиле и через четыре года его продукция завоевывает золотую медаль на Всемирной ярмарке в Ливерпуле.

У него появились последователи. Многие видные землевладельцы, не желая ударить в грязь лицом перед своими гостями, стали производить качественные вина в европейском стиле. И многие из успешно существующих сегодня винодельческих хозяйств уходят корнями именно в эту тенденцию: Errazuris, Concha y Toro, Ochagavia, Undurraga и т.д.

Через несколько лет, как известно, в Европу пришла филлоксера, опустошившая виноградники. Чилийские вина, таким образом, нашли себе более широкий рынок сбыта; к тому же сюда стали перебираться оставшиеся безработными энологи из Старого Света.

Общеизвестен тот факт, что Чили осталась до сих пор зоной, свободной от филлоксеры. Здесь есть столетние лозы, производящие великолепные вина — невероятная редкость для остальных стран (и, кстати, именно поэтому многие чилийские виноделы сегодня особенно напирают на факт «экологичности» своей продукции). И поныне возникают новые версии относительно того, почему именно филлоксера не затронула Чили. Самая распространенная и достоверная из них состоит в том, что зловредное насекомое просто-напросто не смогло преодолеть три великих естественных преграды: пустыню Атакама, Тихий океан и Анды.

Именно из Чили в Европу стали в определенный момент поставлять материал для привоя. Тем не менее, на протяжении большей части ХХ века в чилийском виноделии ничего интересного не происходило. Довольно сильно подкосило отрасль принятие в США Сухого закона (надо сказать, что именно США были в тот момент основным экспортным рынком для чилийских вин). В 70-х годах, при Пиночете, виноделию стали уделять большее внимание, но о каком-то рывке говорить не приходилось.

А в 80-х здесь начинается инвестиционный «бум». Начало ему положил Мигель Торрес, который приобрел виноградники в долине Курико и доказал, что здесь можно производить, как минимум, весьма интересные (и пользующиеся спросом!) вина. За ним последовали и другие — такие имена, как Мондави, Ротшильд и т.д., с того момента прочно вписали себя в историю чилийского виноделия. Основывается ряд весьма успешных совместных предприятий, и до сих пор потенциальные инвесторы продолжают искать в Чили поле для своей деятельности. Без них, пожалуй, картина выглядела бы совсем по-иному.

Сегодня в серьезных объемах в Чили возделывается не так уж и много — чуть свыше 20 — сортов винограда (не исключено, правда, что эта цифра будет расти). Большинство из них французского происхождения: Каберне Совиньон, Мерло, Каберне Фран, Шардонне, Пино Нуар, Сира, Мальбек, Совиньон Блан, Семильон, Вионье, а также Зинфандель, Кариньян, Санджовезе, Барбера, Рислинг, Торонтель, Педро Хименес, Гевюрцтраминер, Мускат Александрийский. И если до недавнего времени абсолютным лидером по площади посадок был Паис, то теперь он уступил пальму первенства Каберне Совиньону. Особое значение приобрел Карменер, ставший «знаковым» сортом для Чили: почти исчезнувший у себя на родине, во Франции, после филлоксеры, здесь он дает прекрасные результаты.

На данный момент площадь виноградников в Чили составляет почти 117 тыс. га. Из них 76% отведено под красные сорта.

С середины 90-х в Чили действует система контролируемых наименований по происхождению. Как и в большинстве других стран Нового Света, она несколько условна и далеко не так строга, как, например, французская. Так, здесь не существует ограничений относительно применения тех или иных сортов, техники возделывания винограда или методики виноделия. Система подразумевает территориальное ограничение ряда винодельческих регионов; также оговаривается информация, которая должна присутствовать на этикетке. Если указывается какой-либо конкретный сорт, то его доля в купаже должна составлять не менее 85%; то же касается года урожая и региона производства.

Сегодня в стране выделяют пять крупных винодельческих регионов (region vitivinicola) — Атакама (Atacama), Кокимбо (Coquimbo), Аконкагуа (Aconcagua), Центральная долина (Valle Central), Южный регион (Region del Sur). Все они делятся на субрегионы (subregion), а те, в свою очередь, в некоторых случаях, на зоны (zona) и районы (area).

Атакама редко рассматривается в обзорах чилийского виноделия: этот регион прежде всего служит источником материалов для изготовления писко, а также столового винограда. По большому счету, то же касается и Кокимбо, однако три его субрегиона — долины Элки, Лимари и Чоапа (Elqui, Limari, Choapa) в последнее время вызывают определенный интерес. Площади виноградников в этих долинах пока относительно невелики, но во всех трех великолепно удаются вина из Каберне Совиньона и Сира.

Дальше к югу, в Аконкагуа, также выделяют три субрегиона: долины Аконкагуа, Касабланка и Сан-Антонио (Casablanka и San Antonio). Сама по себе долина Аконкагуа — теплая и солнечная, очень благоприятная для виноградарства, известна также Каберне Совиньоном, однако здесь также получается прекрасный Мерло.

Касабланке отводят «революционную» роль — именно здесь в 80-х годах ХХ века впервые были посажены лозы Шардонне. В очень прохладном климате этой долины именно они дали наиболее впечатляющие результаты. Шардонне превалирует здесь и сегодня; также в Касабланке возделывается немало Совиньон Блана и Пино Нуар.

Долина Сан Антонио, хоть площадь виноградников в ней не превышает 300 га, относится сегодня к числу наиболее быстро развивающихся винодельческих регионов в Чили. Раньше ее не рассматривали с этой точки зрения по той простой причине, что лишь в недавнем времени, с внедрением современных ирригационных технологий, виноградарство стало здесь более чем оправданным занятием. Сегодня в Сан Антонио производят очень яркие вина из Шардонне, Пино Нуара и Совиньон Блана, но также уделяют внимание другим французским сортам.

В Центральную долину входят следующие субрегионы: Майпо (Valle del Maipo), Рапель (Valle del Rapel), Курико (Valle del Curico), Мауле (Valle del Maule).

Долина Майпо — один из важнейших виноградников Чили — расположена вблизи столицы страны, Сантьяго. Площадь ее виноградников сегодня значительно превышает 10 тыс. га, причем больше половины из них отдана под Каберне Совиньон, способный давать здесь вина исключительного качества.

Холмистая долина Рапель сегодня более известна не сама по себе, а двумя своими винодельческими зонами — Качапоаль и Колчагуа (Valle del Cachapoal и Colchagua). Площадь виноградников в Качапоаль составляет почти 10 тыс. га; в Кольчагуа — свыше 22 тыс. В обеих зонах доминирует Каберне Совиньон. В Качапоале великолепно удаются также Мерло и Карменер, а в Кольчагуа — Сира и Мальбек.

Обе зоны можно отнести к числу наиболее прославленных виноградников Чили.

Долина Курико (около 19 тыс. га) также известна своими винами на основе Каберне Совиньона, однако здесь особенно важное значение приобрел и Совиньон Блан.

Один из старейших винодельческих регионов Чили (а также крупнейший) — долина Мауле

(около 30 тыс.га). Здесь особенно много участков со старыми лозами (особенно сорта Паис).

Лучше всего удаются Карменер, Каберне Совиньон и Мерло. В последнее время здесь стали активно экспериментировать с другими сортами винограда — например, Темпранильо.

В Южном регионе выделяют три субрегиона: долины Итата (Itata), Био-Био (Bio-Bio) и Мальеко (Malleco). Самый северный из них, Итата, считают «колыбелью виноделия» Чили — но лишь по той причине, что через его порт Консепсьон, по всей вероятности, и были доставлены первые лозы. Площадь его виноградников составляет около 10,5 тыс. га; с небольшим перевесом доминируют белые сорта (основной — Мускат Александрийский). Паис все еще играет здесь важное значение, на долю европейских сортов приходится лишь несколько сотен гектаров.

Прохладные Био-Био и Мальеко сейчас также признают одними из наиболее перспективных и быстроразвивающихся винодельческих регионов Чили, тем более, что климат для инвестирования здесь сейчас особенно благоприятен. Здесь получаются прекрасные Шардонне и Пино Нуар, но в последнее время на местных виноградниках все чаще появляются Рислинг, Гевюрцтраминер и Совиньон Блан.

Комментарии запрещены.

Рубрики